Фанфик «Призрак в системе. Глава 1»
Представляете, тут будет что-то интересное!
Автор Mick Gordon
«Призрак в системе»
Париж вздохнул с облегчением. Спустя годы страха, акум и суперзлодеев, город наконец-то был свободен. Леди Баг и Кот Нуар одержали окончательную победу над Бражником, вернув талисманы Мотылька и Павлина в шкатулку. Мир был спасен, но шрамы остались. Тысячи людей пострадали от атак, потеряли имущество, а некоторые — и веру в завтрашний день.
Именно тогда на сцену вышел человек, чье имя вскоре стало синонимом надежды — Роберт Дюран. Харизматичный филантроп и гениальный изобретатель, он основал благотворительный фонд «Синдикат». Это была не просто организация, а целое движение. «Синдикат» восстанавливал разрушенные здания, оказывал психологическую помощь пострадавшим и финансировал новые технологии для защиты города. Его штаб-квартирой стала элегантная, устремленная в небо башня в центре Парижа — Башня Синдиката, символ нового, безопасного будущего.
У Роберта было все: уважение, состояние и цель. Но главной его гордостью и заботой были его дети — шестнадцатилетние близнецы, Ренди и Элизабет. После смерти их матери Роберт посвятил себя их воспитанию, но его методы были… специфическими. Он обучал их на дому, ограждая от внешнего мира, который считал опасным. Но теперь, когда угроза миновала, он понял, что его дети заслуживают нормальной жизни.
Глава 1: Новый мир. Новая история. Новый герой.
Просторный кабинет на верхнем этаже Башни Синдиката был залит утренним светом. Роберт Дюран стоял у панорамного окна, глядя на просыпающийся Париж. За его спиной на мягких диванах сидели его дети.
Ренди, с вечно взъерошенными темными волосами и пронзительными серыми глазами, нетерпеливо барабанил пальцами по подлокотнику. Он был воплощением сжатой пружины, всегда готовой к действию. Элизабет, его точная копия во всем, кроме спокойного и вдумчивого взгляда, молча читала книгу, но ее напряженная поза выдавала волнение.
— Дети, — начал Роберт, не оборачиваясь. — Мы это уже обсуждали. Париж в безопасности. Вам больше не нужно прятаться за стенами этого дома.
— Мы не прячемся, отец, — возразил Ренди. — Мы учимся. У нас лучшие репетиторы в мире. Зачем нам школа?
— Чтобы общаться со сверстниками, — мягко сказал Роберт, наконец повернувшись к ним. Его лицо, обычно строгое, выражало искреннюю заботу. — Чтобы заводить друзей, спорить, смеяться. Чтобы жить. Я уже все устроил. С понедельника вы идете в коллеж «Франсуа Дюпон».
Элизабет захлопнула книгу.
— Но мы никого там не знаем. Они… другие.
— Именно поэтому вы туда и идете, — улыбнулся отец. — Чтобы узнать этих «других». Я уверен, вам понравится.
Первые дни в школе:
Первый день был катастрофой. Близнецы держались особняком, отвечая на все попытки познакомиться односложными фразами. Они привыкли быть вдвоем против всего мира, и старые привычки умирали с трудом. Ренди смотрел на всех свысока, а Элизабет пряталась за его спиной.
На второй день к ним за обедом подсела девушка с ярко-розовыми кончиками волос и заразительной улыбкой.
— Привет! Я Роуз. А вы, должно быть, новенькие Дюраны? — прочирикала она.
Ренди лишь хмыкнул. Элизабет робко кивнула.
— Мы с Джулекой заметили, что вы любите музыку, — не унималась Роуз, указывая на наушники Ренди. — Мы тоже! Может, как-нибудь послушаем что-нибудь вместе?
— Может быть, — буркнул Ренди, но Элизабет впервые за день слабо улыбнулась.
На третий день на уроке химии у Элизабет возникли проблемы с практической работой. К ней подошел высокий парень в очках, Макс.
— Позволь, я помогу, — сказал он без предисловий. — Ты неправильно рассчитала пропорцию реагента. Нужно добавить еще два миллилитра гидроксида натрия.
Элизабет с удивлением посмотрела на него, затем на свою колбу. Она последовала его совету, и раствор тут же приобрел нужный цвет.
— Спасибо, — тихо сказала она.
— Не за что, — ответил Макс, поправляя очки. — Логика и точность — ключ к успеху.
К концу недели Ренди, который всегда считал себя лучшим спортсменом, был вызван на соревнование по фехтованию Адрианом Агрестом. Ренди был быстр и агрессивен, но Адриан двигался с невероятной грацией и легкостью. Бой закончился победой Адриана.
— Ты отлично дерешься, — сказал Адриан, снимая маску и протягивая руку. — Давно не встречал такого сильного соперника, но техника хромает.
Ренди, удивленный дружелюбием вместо ожидаемого хвастовства, пожал ему руку.
— Ты тоже ничего, — признал он. Впервые он почувствовал не раздражение, а уважение к кому-то за пределами своей семьи.
Постепенно лед тронулся. Элизабет нашла общий язык с Максом и Марком, обсуждая науку и литературу. Ренди начал общаться с Адрианом, Нино и Кимом, открыв для себя мир видеоигр и спортивных состязаний. Они все еще были близнецами Дюран, немного странными и закрытыми, но теперь они были частью класса.
Все шло хорошо, пока в дело не вмешалась Хлоя Буржуа. Она не могла смириться с тем, что все внимание переключилось на «этих выскочек из башни». Однажды на перемене она подошла к Ренди, который смеялся над шуткой Нино.
— Надо же, наследник «Синдиката» общается с простыми смертными, — язвительно протянула Хлоя. — Не боишься испачкать свой дизайнерский пиджак?
Ренди мгновенно помрачнел.
— Отвали, Буржуа. Не твое дело.
— О, да что ты? — Хлоя уперла руки в бока. — Мой папочка — мэр этого города! А твой просто строит красивые здания и раздает деньги, чтобы все его любили. Жалкое зрелище.
Это был удар ниже пояса. Ренди сжал кулаки.
— Мой отец помогает людям, которые пострадали из-за таких, как твой отец, — прошипел он. — Людей, которые думают только о себе и своей власти.
— Да как ты смеешь! — взвизгнула Хлоя. — Ты просто невоспитанный мужлан! Неудивительно, что вас с сестрой держали взаперти!
— Заткнись! — рявкнул Ренди, делая шаг к ней.
В этот момент между ними встала Маринетт.
— Хлоя, прекрати! Оставь его в покое!
— Ренди, не обращай внимания, — поддержал ее Адриан, кладя руку ему на плечо.
Ренди глубоко вздохнул, пытаясь успокоиться. Он посмотрел на Хлою с презрением, затем развернулся и ушел, бросив через плечо:
— Ты не стоишь моего времени.
Звонок на урок прервал назревающий скандал. После занятий, когда напряжение спало, близнецы вышли из школы вместе со своей новой компанией.
— Не бери в голову, чувак, — сказал Нино, похлопав Ренди по спине. — Хлоя всегда такая.
— Да, она просто завидует, — добавила Алья. — Вы классные, и она не может этого пережить.
Элизабет благодарно улыбнулась им. Ренди, все еще хмурый, кивнул.
— Спасибо, ребята.
— Эй, — предложила Маринетт, чтобы разрядить обстановку. — Может, встретимся в парке через час? Купим мороженого у Андре?
— Отличная идея! — поддержал Адриан.
Лицо Ренди немного прояснилось, но было всё такии же отстранённым.
— Мы не можем, нам надо домой. Дел очень много. Ренди увидел, что у ворот школы, стоял автомобиль, который уже ждет близнецов.
Близнецы помахали им на прощание и направились к черному автомобилю, который уже ждал их у ворот школы.
Возвращение в Башню Синдиката было похоже на возвращение в другой мир. Школьная суета сменилась стерильной тишиной и безупречным порядком. Отец ждал их в гостиной, его взгляд был, как всегда, проницательным.
— Как прошел день? — спросил он, отрываясь от планшета.
— Нормально, — ответила Элизабет, ставя сумку на пол.
— Я слышал, был инцидент с дочерью мэра, — продолжил Роберт, и Ренди напрягся. Конечно, отец уже все знал. Его служба безопасности работала безупречно.
— Она первая начала, — бросил Ренди, подходя к окну. — Она оскорбила тебя и нашу семью.
— И ты ответил ей тем же, — констатировал Роберт. Это был не вопрос. — Ренди, я отправил вас в школу не для того, чтобы вы ввязывались в конфликты. А для того, чтобы вы учились контролировать свои эмоции и находить общий язык с людьми. Даже с такими, как Хлоя Буржуа.
— То есть я должен был стоять и молча слушать, как она поливает грязью все, что для нас свято? — вспылил Ренди.
— Ты должен был быть умнее, — спокойно ответил отец. — Игнорировать ее. Твоя ярость — это именно то, чего она добивалась. Ты дал ей то, что она хотела.
Ренди ничего не ответил. Он знал, что отец прав, и это злило его еще больше. Он чувствовал себя запертым в клетке — сначала в этой башне, а теперь в рамках школьных правил и чужих ожиданий. Ему нужен был воздух.
— Мне нужно прогуляться, — глухо сказал он и, не дожидаясь ответа, направился в свою комнату.
Спустя несколько часов, когда башня погрузилась в сон, Ренди был готов. Он надел свой специальный костюм — не для геройства, а для свободы. Легкая, но прочная темно-серая ткань, усиленная на суставах, капюшон и маска, скрывающая нижнюю часть лица. Костюм не сковывал движений и делал его почти невидимым в ночных тенях.
Он бесшумно открыл окно своей комнаты. Прохладный ночной воздух ударил в лицо, принося с собой запахи города. Для Ренди это был настоящий дом. Не стены башни, а крыши Парижа. Он обожал паркур. Это было чистое движение, полет, контроль над собственным телом. Здесь, на высоте, не было правил и ожиданий. Только он, ветер и бесконечный лабиринт крыш, карнизов и шпилей.
Он оттолкнулся от подоконника, легко перемахнул на соседнюю крышу и побежал. Прыжок, кувырок, скольжение по черепице, снова прыжок через темный провал переулка. Адреналин очищал разум, вымывая гнев и обиду. Он был тенью, призраком, скользящим над спящим городом.
Пробежав несколько кварталов, он остановился на крыше старого здания, чтобы перевести дух. И тут до его слуха донеслись крики. Они раздавались из темного переулка внизу. Ренди нахмурился и, присев на корточки, заглянул вниз.
Картина была отвратительной. Двое здоровенных парней прижали к стене девушку. Один держал ее, а второй пытался вырвать у нее из рук сумочку.
— Отдавай, я сказал! — рычал он.
— Нет! Отпустите! Помогите! — кричала девушка, отчаянно сопротивляясь.
Ренди не колебался ни секунды. Он спрыгнул с крыши, приземлившись на мусорный бак, а с него — на землю, прямо за спинами нападавших. Его появление было абсолютно бесшумным.
— Эй, — его голос прозвучал холодно и ровно. — Кажется, леди сказала «нет».
Парни обернулись. Тот, что держал девушку, от неожиданности ослабил хватку.
— Ты еще кто такой? Проваливай, пока цел!
Ренди усмехнулся под маской.
— Я бы посоветовал вам последовать собственному совету.
Грабитель бросился на него, но Ренди был готов. Он уклонился, подставил подножку, и громила с грохотом рухнул на асфальт. Второй, выхватив нож, кинулся следом. Ренди не стал вступать в бой. Он оттолкнулся от стены, сделал сальто назад, приземлившись на плечи нападавшего, и с силой оттолкнулся, отправляя того в полет прямиком на его незадачливого напарника. Оба оказались в куче мусора, охая и постанывая.
Ренди повернулся к девушке. Она смотрела на него широко раскрытыми от шока и восхищения глазами.
— Вы… вы в порядке? — спросил он, его голос стал мягче.
— Да… кажется, да, — прошептала она, прижимая к себе сумочку. — Спасибо вам. Они могли…
— Но не смогли, — закончил он. — Вам стоит идти домой. Здесь небезопасно.
— Кто вы? — спросила она, делая шаг к нему.
— Неважно, — ответил Ренди. Он услышал вдалеке звук полицейской сирены. Грабители, услышав его тоже, кое-как поднялись и бросились наутек. — Мне пора.
Он отступил в тень, разбежался, оттолкнулся от стены и одним мощным прыжком зацепился за пожарную лестницу. Через мгновение он уже стоял на краю крыши, глядя на девушку сверху вниз.
— Берегите себя, — бросил он и растворился в ночи, оставив ее одну смотреть в пустое небо, где только что был ее таинственный спаситель.
Девушка еще несколько мгновений смотрела вверх, пытаясь осознать произошедшее. Скорость, ловкость, голос, скрытый маской… Он двигался не как человек, а как тень, сорвавшаяся с крыши. Приближающийся вой сирены вывел ее из оцепенения. Быстро оправив одежду и крепче сжав сумочку, она поспешила прочь из зловещего переулка, образ таинственного спасителя навсегда отпечатался в ее памяти.
А на крышах Ренди не останавливался. Он бежал, перепрыгивая с одного здания на другое, но адреналин от боя сменился другим, незнакомым чувством. Он спас ее. Не как сын Роберта Дюрана, не как ученик коллежа «Франсуа Дюпон», а как кто-то другой. Кто-то безымянный и свободный. Это пьянило. Он впервые применил свои навыки не для развлечения, а для реальной помощи, и это оказалось… правильно.
Вернувшись в свою комнату так же бесшумно, как и покинул ее, он стянул маску и посмотрел на свое отражение в темном стекле окна. Взгляд был другим — более уверенным, более взрослым. Ссора с Хлоей, нравоучения отца — все это казалось теперь мелким и незначительным. Сегодня ночью он нашел что-то важное. Часть себя, о которой даже не подозревал.
Утро следующего дня в школе было на удивление тихим. Хлоя, очевидно, решила взять паузу в своих нападках, бросая на Ренди лишь ядовитые взгляды. Сам Ренди чувствовал себя отстраненным от вчерашних переживаний. Он был погружен в воспоминания о ночном происшествии.
На большой перемене вся компания собралась во дворе. Маринетт, как всегда, что-то увлеченно рисовала в своем альбоме, Алья строчила пост в Ледиблоге, а парни обсуждали новый уровень в видеоигре.
— Кстати, вы слышали? — вдруг сказала Алья, отрываясь от телефона. — Сегодня ночью в квартале Маре на кого-то напали. На девушку. Но ее спас какой-то парень в маске. Он раскидал грабителей и исчез, прямо как супергерой!
Ренди замер, стараясь сохранить невозмутимое выражение лица. Элизабет, заметив его напряжение, вопросительно посмотрела на брата.
— Ого, новый герой в Париже? — присвистнул Нино. — Леди Баг и Коту Нуар придется подвинуться!
— Вряд ли, — скептически хмыкнула Алья. — Свидетельница говорит, у него не было никакого костюма, как у них. Просто темная одежда и маска. И никаких суперсил. Он просто… очень ловкий.
Маринетт подняла голову от альбома, ее взгляд был задумчивым.
— Главное, что с девушкой все в порядке. Но самосуд — это все равно опасно.
— Почему? — возразил Ренди, чуть резче, чем хотел. — Если полиция не успевает, а героев рядом нет, кто-то же должен помогать людям.
— Он прав, — неожиданно поддержал его Адриан. — Иногда нужно действовать, а не ждать. Этот парень поступил правильно.
Ренди с благодарностью посмотрел на Адриана. Разговор переключился на другую тему, но Элизабет не сводила с брата внимательного взгляда. Она знала его лучше, чем кто-либо. Знала о его ночных вылазках, которые он называл «прогулками». Знала о его беспокойной натуре, которой было тесно в золотой клетке их дома. И теперь она сложила два и два.
Вечером, когда они вернулись в башню, она дождалась, пока Ренди зайдет в свою комнату, и последовала за ним, плотно прикрыв дверь.
— Это был ты, — сказала она без предисловий.
Ренди, который как раз доставал из тайника свой паркурный костюм, застыл. Он медленно обернулся.
— Лиз, я не…
— Не ври мне, Ренди, — ее голос был тихим, но твердым.
Он вздохнул, понимая, что отпираться бессмысленно.
— Да. Это был я.
Элизабет подошла ближе. В ее глазах не было осуждения, только беспокойство.
— Это опасно. Ты мог пострадать. А если бы тебя поймали? Что бы сказал отец?
— Но я не пострадал! И меня не поймали! — он бросил костюм на кровать. — Лиз, ты не понимаешь. Там, на крышах, я чувствую себя… живым. А вчера… Вчера я впервые сделал что-то по-настоящему важное. Не потому, что отец сказал, и не для того, чтобы кому-то что-то доказать. А потому, что так было нужно.
Он посмотрел сестре в глаза, и она увидела в них огонь, которого не видела никогда прежде.
— Я не собираюсь останавливаться, — твердо сказал он.
Элизабет долго молчала, обдумывая его слова. Она знала, что переубедить его не сможет. Да и хотела ли? Она видела, как он изменился всего за один день. Стал увереннее, спокойнее.
— Хорошо, — наконец произнесла она. — Я не расскажу отцу. Но с одним условием.
— Каким? — насторожился Ренди.
— Я помогу тебе, — заявила она. — Ты — мускулы, а я — мозг. Я могу следить за полицейскими частотами, взламывать камеры наблюдения, предупреждать тебя об опасности. Создам для тебя безопасные маршруты. Мы будем делать это вместе. Как и всегда.
Ренди смотрел на нее с изумлением, которое сменилось искренней, теплой улыбкой. Он всегда знал, что его сестра — единственный человек в мире, который поймет его без слов.
— Вместе, — кивнул он, протягивая ей руку.
Элизабет крепко пожала ее. В тишине комнаты, где только что был заключен их тайный союз, повисло напряженное волнение. Элизабет, не теряя времени, уже достала свой планшет, ее пальцы забегали по экрану с невероятной скоростью. Ренди наблюдал за ней, чувствуя, как к нему возвращается то пьянящее ощущение контроля, которое он испытал прошлой ночью. Теперь он был не один.
— Первым делом — связь, — деловито произнесла Элизабет, не отрывая взгляда от строк кода. — Нам нужен защищенный канал. Я встрою миниатюрный передатчик в твою маску. Он будет работать на зашифрованной частоте. Никто не сможет нас подслушать.
— А костюм? — спросил Ренди, поднимая с кровати темно-серую ткань. — Он легкий, но против ножа не спасет.
— Я уже думала об этом, — Элизабет переключила изображение на экране, демонстрируя 3D-модель костюма. — Отец разрабатывал новый полимер для «Синдиката». Легкий, как шелк, но при резком ударе его молекулярная структура уплотняется, становясь прочнее кевлара. Я могу достать несколько пластин и вшить их в жизненно важные зоны: торс, предплечья. Ты даже не почувствуешь лишнего веса.
Ренди присвистнул.
— Ты гений, Лиз.
— Я знаю, — она позволила себе легкую улыбку. — А теперь о тебе. Тебе нужно оружие.
— У меня есть кулаки и ноги.
— Этого мало. Ты не можешь вступать в ближний бой с каждым. Это слишком рискованно. Тебе нужно что-то для дистанции, для быстрого перемещения. Что-то вроде… — она задумалась, постукивая стилусом по экрану. — …крюка-кошки. Компактный, с прочным тросом. Поможет быстро взбираться на здания и обезоруживать противников на расстоянии. Я сделаю чертежи.
Их разговор был прерван тихим стуком в дверь. Близнецы замерли, и Ренди молниеносно спрятал костюм под кровать.
— Войдите, — сказала Элизабет ровным голосом.
Дверь открылась, и на пороге появился их отец. Он окинул комнату внимательным взглядом, задержавшись на мгновение на лицах детей.
— Я не хотел вам мешать, — сказал Роберт Дюран. — Просто хотел убедиться, что вы в порядке. После вчерашнего… разговора. Ренди, я не хочу, чтобы ты думал, будто я не понимаю твоих чувств. Я просто хочу защитить тебя.
— Я знаю, отец, — ответил Ренди, стараясь, чтобы его голос звучал спокойно. — Прости, что вспылил.
Роберт кивнул, его лицо немного смягчилось.
— Хорошо. Скоро у «Синдиката» важное мероприятие. Презентация новой системы городской безопасности. Я хочу, чтобы вы оба присутствовали. Это важно для нашей семьи.
— Мы будем, — заверила его Элизабет.
Когда отец ушел, Ренди выдохнул, чувствуя, как напряжение отпускает его.
— Это было близко.
— Слишком близко, — согласилась Элизабет, возвращаясь к планшету. — Нам нужно быть осторожнее. А теперь спать. Завтра у нас будет долгий день… и, возможно, еще более долгая ночь.
