Фанфик «Сказания Этерии. Глава 1»
Продолжаем…
Автор Mick Gordon
Глава 1: Дети, рождённые в пламени чуда и хаоса
Старик, чье лицо было испещрено морщинами, словно древняя карта, сжимал в руке магический компас. Его стрелка, выкованная из лунного серебра, горела ярким, пульсирующим красным светом, указывая на маленькую, утопающую в зелени деревню под названием Мельница-на-Ручье. Воздух здесь пах свежеиспеченным хлебом и влажной землей.
Компас привел его к небольшой пекарне, у входа в которую на скамье сидела пара. Мужчина, крепкий и широкоплечий, с руками, посыпанными мукой, нежно обнимал свою жену. Женщина, с глазами цвета васильков, с любовью гладила свой округлившийся живот, и на ее лице играла безмятежная улыбка. Именно в ее сторону указывала дрожащая стрелка компаса.
— Гийом, ты чувствуешь? Она сегодня такая активная, — прошептала женщина, прижимаясь к мужу.
— Наверное, ей нравится запах утренних булочек, Юна, — усмехнулся Гийом, целуя жену в макушку. — Как мы ее назовем? Я все думаю об этом.
— Мне нравится имя Мария, — мягко ответила Юна.
— Мария… — повторил Гийом, и его лицо озарилось теплом. — Моя маленькая Мария.
Старик, укрывшись в тени старого дуба, кивнул своим мыслям. Бесшумно, словно тень, он подошел к скамье и осторожно поставил рядом с ними небольшую, искусно вырезанную коробочку из черного дерева с красными узорами. Сделав свое дело, он так же тихо растворился в утреннем тумане.
Через мгновение Гийом заметил незнакомый предмет.
— Юна, смотри. Что это? Кто это оставил?
Он взял в руки гладкую, прохладную коробочку. С легким щелчком крышка открылась. В тот же миг их ослепило яркое розовое свечение. Из шкатулки выпорхнуло крошечное, сияющее существо с большими глазами и тонкими усиками. Оно сделало круг в воздухе, словно прощаясь, и стремительно метнулось прямо в живот Юны, исчезнув без следа.
Свечение погасло. Гийом и Юна моргнули, глядя друг на друга с легким недоумением.
— О чем я говорил? — спросил Гийом, потирая глаза.
— Кажется, о булочках с корицей, дорогой, — улыбнулась Юна, чувствуя, как внутри нее нежно толкнулся ребенок. Пустая коробочка на скамейке больше не привлекала их внимания, словно ее никогда и не было.
Шестнадцать лет спустя:
— Мария, осторожнее!
Звонкий голос Юны заставил шестнадцатилетнюю девушку вздрогнуть. Мария, с двумя темными хвостиками и лицом, перепачканным мукой, неловко пыталась удержать огромную миску с тестом. Она споткнулась о собственную ногу, миска качнулась, и стоявшая на краю стола кружка с водой полетела на пол, разлетевшись на мелкие осколки.
— Ой! Простите, ма! — воскликнула она, краснея до кончиков ушей.
Ее жизнь была чередой подобных маленьких катастроф. Она могла споткнуться на ровном месте, уронить стопку тарелок или перепутать сахар с солью. Но ее родители лишь добродушно посмеивались. Они любили свою неуклюжую, но добрую и талантливую дочь.
— Ничего страшного, милая, — сказал Гийом, выходя из-за прилавка. — Главное, тесто не уронила.
В пекарню заглянула пожилая мадам Шинамон.
— Доброе утро! Мне, как обычно, два багета и один круассан для моей Мирии.
— Конечно, мадам Шинамон! — радостно отозвалась Мария, бросаясь к прилавку. Она схватила щипцами багет, но умудрилась так размахнуться, что второй багет вылетел с полки и покатился по полу, попутно задевая кружку, что так в дребезги разбилась, разливая содержимое.
— Мария! — вздохнули родители в один голос.
Девушка смущенно подняла багет и, извинившись, отложила его в сторону, упаковывая для покупательницы свежие.
Когда посетительница ушла, Мария вздохнула и наклонилась, чтобы собрать осколки разбитой кружки. Она уже приготовилась к тому, что может порезаться, но ее пальцы коснулись чего-то гладкого и целого. Она удивленно моргнула. На полу, в лужице воды, стояла абсолютно невредимая кружка. Ни единой трещинки.
— Как… как это возможно? — прошептала она, поднимая ее. — Я же видела, как она разбилась…
— Мария, ты там уснула? — окликнул ее отец.
— Иду, пап! — крикнула она, быстро ставя кружку на стол. Ей, наверное, просто показалось. С ее-то неуклюжестью немудрено начать видеть всякое.
Магический компас старика снова ожил. На этот раз его стрелка, подрагивая, указывала на восток, в сторону шумной и многолюдной столицы Кат’Ши. Этот город был домом для гуманоидов, в чьих жилах текла кровь людей и грациозных кошек. Их отличали острые ушки, вертикальные зрачки и невероятная ловкость.
Стрелка вела старика по узким улочкам, мимо рынков, пахнущих специями и рыбой, к богатому особняку, окруженному высокой стеной. В окне он увидел семейную пару. Женщина с элегантными черными ушками, тонким длинным хвостом и обычный мужчина с пронзительными зелеными глазами баюкали новорожденного мальчика с пушком золотистых волос.
Когда родители, уложив малыша в колыбель, вышли из комнаты, старик, словно призрак, скользнул внутрь через открытое окно. Он достал уже знакомую коробочку из черного дерева, но на этот раз узоры на ней были зелеными. Он открыл ее. Из шкатулки вылетело крошечное черное существо, похожее на котенка с большой головой и светящимися зелеными глазами. Оно озорно мяукнуло и, не раздумывая, нырнуло в грудь спящего младенца.
Старик удовлетворенно кивнул и исчез так же незаметно, как и появился.
Шестнадцать лет спустя:
— Феликс! Вернись сейчас же! Ты разобьешь себе голову!
Голос матери, полный тревоги, доносился снизу, но шестнадцатилетний Феликс лишь рассмеялся в ответ. Непоседа с растрепанными светлыми волосами и озорными зелеными глазами, он обожал свободу и высоту. Для него крыши столицы были лучшей игровой площадкой.
— Мам, все в порядке! Я просто разомнусь! — крикнул он, легко перепрыгивая с одной черепичной крыши на другую. Его движения были плавными и точными, словно у настоящего кота.
— Аррен, сделай что-нибудь! — обратилась его мать Ши’Ана к мужу, который спокойно наблюдал за Феликсом из окна.
— Пусть порезвится, дорогая, — ответил Аррен, высокий и статный мужчина с серебристыми волосами. — В нем кипит энергия. Лучше пусть он выпускает ее на крышах, чем разнесет мою мастерскую.
— Но это опасно!
— Он ловок, как и все Кат’Ши, Ши’Ана. Не волнуйся.
Феликс, услышав разрешение отца, ухмыльнулся и решил исполнить особенно сложный трюк. Он разбежался и прыгнул через широкий проулок, целясь на крышу соседнего дома. Приземление получилось почти идеальным, но, чтобы удержать равновесие, он ухватился за невысокую кирпичную трубу.
Под его рукой что-то хрустнуло. Феликс удивленно посмотрел вниз. Старые кирпичи, которые казались такими прочными, рассыпались в пыль и мелкие крошки, словно были сделаны из песка. Труба просто исчезла, оставив после себя лишь облачко красной пыли.
— Что за… — пробормотал он, глядя на свою ладонь. На ней не было ни царапины. Он не прикладывал особой силы, просто оперся. Как он мог разрушить целую трубу?
— ФЕЛИКС! — теперь уже кричал его отец, выглядывая из окна. — Что ты натворил?!
— Я… я не знаю! — крикнул Феликс в ответ, чувствуя, как к щекам приливает краска. — Она сама развалилась! Честно!
Спрыгнув на балкон своей комнаты, он поспешил скрыться внутри, пока родители не придумали ему наказание. Он снова посмотрел на свои руки. Обычные руки. Но внутри него шевельнулось странное, щекочущее чувство — ощущение скрытой, необузданной силы, которая только что впервые дала о себе знать.
